• Жанр: поэзия

  • Язык: русский

  • Страниц: 152

Мурадин Ольмезов – известный балкарский поэт, драматург и переводчик, лауреат Государственной премии
Кабардино-Балкарии (2000), международного конкурса
«Eurodram 2014». Он выходец из Приэльбрусья. Окончил
Литературный институт им. А. М. Горького. Автор двадцати
книг, изданных на карачаево-балкарском, русском и французском языках, среди них – и книги для детей. Его стихи
печатались также на турецком, сербо-хорватском и на языках
народов Российской Федерации. Он перевёл на родной язык
рубаи Омара Хайяма. Участник международных фестивалей
тюркской поэзии (Бишкек, Казань), международного театрального фестиваля «Кавказ – гора языков» (Париж). Пьесы
М. Ольмезова неоднократно признавались лучшими среди
национальных пьес региона.
Его стихи отличает острое зрение, в них и национальный
колорит, и широта взгляда на мир. Ещё много лет назад «незаурядный талант автора» отметил Игорь Волгин.
Значительную часть новой книги поэта составили верлибры, переведённые специально для этого издания.

Вечный день
Солнце и жажда
Ветер и дождь
Ночь в весну
6Вечный день
***
Родители мои, как все балкарцы,
подверглись
депортации безвинно:
их с высочайших гор Кавказа
разом
в пустынные изгнать посмели
степи,
где и родился я –
считай, в неволе.
Никто рожденья даты не запомнил:
родителям до этого ли было,
вседневными трудами
изнурённым,
измученным бичами издевательств?
Мать говорит, что я родился в пору,
когда сажали сахарную свёклу.
Мне пуповину резала
Маро,
недавно умершая повитуха,
чья долгая и тягостная жизнь
все ж не дала
дождаться мужа с фронта.
С тех самых пор меня передает
ночь дню, а день –
опять вручает ночи,
все происходит как по расписанью,
7Скалолазы
под пенье петухов и под охраной
суровых стражей,
чёрных или белых,
я чувствую себя как заключенный
в наручниках
и кандалах ножных,
и о побеге речи быть не может.
Так продолжается и по сегодня:
ночь
дню меня передает,
а день
меня поспешно ночи возвращает.
Куда ж попасть из ночи,
как не в день!
Ну, разве лишь в объятья
вечной ночи…
Вот так я и живу, как и родился, –
в неволе,
в заточенье,
под надзором.
Но все-таки лелею я надежду,
что где-то существует
вечный день
(а почему не может день быть вечным,
коль достоверна
сущность вечной ночи?)
и я туда
когда-нибудь проникну.
8Вечный день
***
Лишь в будущем и настоящем
есть подлинность, а что прошло,
вслед за собою не утащим:
его пушинкой унесло.
Вот, кстати, что вчера-то было?
Не сгинуло ли все во сне?
Под вечер, помню, подарила
цветочница улыбку мне.
Исчезла, что ли, вроде грёзы?
Перевернул почти весь дом –
и лишь тогда в бутоне розы
я отыскал ее с трудом.
А что ещё? Да все, пожалуй…
Бросаюсь я к календарю:
прощай, вчера, товар лежалый!
Себя дню новому дарю!
Но настоящее несётся
в прошедшее – не потому ль
ничем не скованный ход солнца
страшит нас, точно посвист пуль?
Не потому ль Сахара, сочных
растений некогда полна,
по прихоти часов песочных
теперь – песчаная страна?
9Скалолазы
Лишь в будущем и настоящем
есть подлинность, а что прошло,
то ветром времени гудящим
прочь паутинкою смело.
Но с нами ль нынешнее время,
когда (зови их, не зови)
скрываются его мгновенья –
встревоженные муравьи?
Лишь в будущем – исток восторга!
Всё остальное – грёзы, бред…
Цари же, будущее! (Только
того, что будет, тоже нет.)
10Вечный день
ПОТЕРИ И ОБРЕТЕНИЯ
Я однажды
себя потерял.
Средь людей
я искал себя долго…
Но нашёл,
как ни странно,
средь птиц.
11Скалолазы
***
Дождь оставил
прозрачную лужу
с краем облака,
в ней отражённым,
рядом с веткою вишни
зелёной,
и на ней
задремал ветерок.
Эта лужа
была бы стеклянной,
не найди в ней приют
лягушонок,
пучеглазый
и гордый собой.
12Вечный день
ВЕТЕР
Там, где струится свет,
лечь должна тень.
Для света смерти нет,
и вечна темь.
Изнанка жизни – смерть,
а люльки – гроб.
Изнанка ласки – плеть,
циклопа – клоп.
Изнанка правды – бред,
сиянья – мрак…
Но вот у ветра нет
изнанки, так?
13Скалолазы
ДЕРЕВО НАД КРУЧЕЙ
Над кручей дерево стоит.
Свисают вниз нагие корни.
Под ним – река, над ним – гранит…
А ветер злобный всё хрипит,
да так, что, верно, саднит в горле!
Есть много крон куда пышней…
Но между смертью неминучей
и жизнью краткой мне видней –
как между жерновами дней –
вот это дерево над кручей!
14Вечный день
ВСТРЕЧА
Это кто здесь
так радости полон?
Родничок мой любимый,
так, значит,
ты меня не забыл?
Вот и я
вспоминал тебя
все эти годы!
15Скалолазы
ЗАВИСТЬ
Камень
к дереву зависть питает,
потому что
не может расти.
Ну а дерево
стать речкой хотело б:
та течёт –
сколько видит она!
А вот речка
завидует ветру –
тот летает по воле своей,
не стеснённый
границами русла.
16Вечный день
БАБОЧКА
В этом городе,
между домов из стекла и железобетона,
растущих прямо на глазах,
с ветвей дерева –
точней, воспоминания о дереве,
поскольку даже имя его забыто, –
слетела бабочка.
Как конфетти, подхваченное ветром,
она трепетала
над кишащей машинами улицей,
не боясь угодить в железную паутину,
и крылья её казались улыбками.
И в это мгновение,
когда она ворвалась
в железобетонный город,
город-часы с людьми-шестерёнками,
заполненный лающими
и скулящими автомобилями, –
в это мгновение люди подняли головы
и ответили ей улыбками –
светлыми, как на рисунке ребёнка.
И даже те, кто, казалось, забыл навсегда,
что кроме земли, есть облака и звёзды –
даже они вскинули головы к небу,
и сердца их в тот миг
были распахнуты настежь.
17Скалолазы
– Смотрите, смотрите!
– Вон там!
– Вы только взгляните!
– Живая бабочка!
– Разве это не чудо?
– Ба-боч-ка! – так, застыв в изумлении,
целый город смотрел на неё
глазами счастливых людей,
и в каждом взгляде
плескалась бездонная радость.
– Ой, бабочка! –
обрадовалась молодая женщина
и указала сыну:
– Смотри скорее!
А тот,
державший в руках пульт управления,
хотел поиграть с ней,
но разве свободную бабочку
можно поймать в сети радиоволн?
– Она не слушается,–
сказал огорченно мальчик,-
Наверное, пульт сломался.
Что значат неон и реклама?
Что значат склады с оружием?
Летит над городом бабочка –
как будто улыбка дочери.
18Вечный день
***
Пока ждём,
чтоб весна наступила,
в птичьих гнёздах
мечтанья их спят.
19Скалолазы
ОТРАЖЕНИЕ
На берегу реки
в солнечный летний день,
сев на большой валун,
звонко щебечет дрозд:
горести нет на земле.
На берегу реки
в летнюю лунную ночь,
сев на трухлявый пень,
жутко вопит сова:
радости нет на земле.
20Вечный день
СКАЛОЛАЗ
Брату, выдающемуся альпинисту и спасателю,
дважды покорителю Эвереста –
Абдул-Халиму Ольмезову
– Ты,
по скалам карабкаясь,
лезешь все выше,
безрассудный,
рискуешь ты в пропасть
сорваться,
но – зачем?
Чтобы новой достигнуть
вершины,
покорить новый склон,
до тех пор неприступный,
и за это
похлопать себя по плечу?..
– Нет.
По скалам карабкаясь,
лезу все выше
и рискую в смертельную пропасть
сорваться,
я затем, чтоб суметь
дотянуться до звёзд!
21Скалолазы
ПЕРЕД РАССВЕТОМ
Когда тьма, а особо – в горах,
так густеет, что можно потрогать,
одолеет и смелого страх,
прямо в сердце вонзая свой коготь.
Бросишь взгляд в омертвелый зенит –
тут же станет тебе не до шуток.
Тишина, как железо, звенит –
в марте холод особенно жуток.
Но как чуден желанный рассвет,
как волшебно рождение красок!
И весны удивительней нет,
мир не знает прекраснее сказок.
Все мы гусениц гадких клянем,
даже рады, чтоб птицы склевали,
ну а бабочка вспыхнет огнем –
восхищение сдержим едва ли.
Тьма заветное чудо таит,
но, отбросив смятенье и робость,
на уступе берёзка стоит:
шаг ступить – неминуема пропасть.
Зыбкость паузы сводит с ума –
так томит предвкушенье ответа.
Предрассветная вязкая тьма,
дай березке дождаться рассвета!
22Вечный день
***
Дождь проходит
торопливый –
и уносит часть меня.
С ветки лист летит
на землю –
и уносит часть меня.
Журавли вдали
курлычут –
и уносят часть меня.
Каждый времени отрезок
забирает часть меня;
ветер,
дерево ли,
птица –
всё уносит часть меня;
сны,
вы тоже
по крупицам
разбираете меня…
Но пока –
я буду падать
вместе с каждую
звездою!
23Скалолазы
И взмывать
в нагое небо
вместе
с каждой птицей
буду!
Да – покуда не растаю
как туман,
как сновиденье!
24Вечный день
УШЕДШИЙ В НЕБО
Вновь – чёрный день.
Опять погиб мой друг.
Ещё один
сорвался со скалы…
А он любил
взрывное слово вдруг,
всю жизнь любил он
острые углы!
Не надышавшись
воздухом высот,
он, падая,
прощальный бросил взгляд
на мир внизу,
где нечисти –
почёт,
где каждый
дышит
затхлостью
болот,
где страх в душе
у каждого живёт,
где думают лишь то,
что им велят.
А в мире скал –
такая чистота!
Таким бесстрашьем веет
всё вокруг!
25Скалолазы
Его всю жизнь
влекла лишь высота,
таким он был,
ушедший в небо друг.
26Вечный день
***
Похожестьявственнейвразлуке,
нев словлихве.
Закинув за головуруки,
лежувтраве.
Далёкихзвёздродныезёрна
стесняютгрудь,
амесяцпутьвершитупорно
сквозьМлечныйпуть.
Нарасстоянияхогромных
сравнитьмогу:
как вбеломбашлыкепаломник
черезпургу.
Скалолазы
Вечный день
Солнце и жажда
Ветер и дождь
Ночь в весну
28Солнце и жажда
***
В эту лунную ночь,
дорогая,
запах звёзд источаешь ты тонкий.
Свет,
идущий из пор твоей кожи,
мог родиться лишь в утренних росах.
Он так чист, что срок годности –
вечность.
А вот в душу к тебе проникает
он сквозь ясный твой взгляд –
и при этом
наполняется новью и силой,
свежий смысл он в тебе обретает.
Эта летняя ночь так прозрачна.
Как люблю я улавливать смыслы
в ветерке,
чуть колышущем шторы,
в одеяле,
нечаянно сползшем,
в наготе,
что сродни откровенью.
Это – словно ручей
под луною.
29Скалолазы
Ты сквозь сон улыбаешься нежно –
так роса
на цветы выпадает,
так в морях
зреет медленно жемчуг,
так в душе зарождается
песня.
Как росинка в бутоне,
ты дремлешь.
30Солнце и жажда
***
Ожидая тебя, я устал,
истомился смертельно.
Озираясь,
приметил я дерево на берегу:
вижу,ветер, такой же усталый,
улегся на ветви,
рядом птица присела,
тумана лохмотья повисли.
Голубыми, прозрачными,
перышка легче словами
на бумаге то дерево
бережно запечатлел:
ветерок растворил я
в лучах золотистого света
и, смешав его с собственной речью,
сумел воссоздать
я в тетради его целиком –
перенёс всё до ветки.
Ожидая тебя, я устал,
ну когда же ты вспомнишь…
Растворив птичьи трели
в зарницах на краешке неба,
подмешал синих слов –
и на дереве выросли листья.
Настоящее дерево
машет ветвями с бумаги.
31Скалолазы
Ожидая тебя, я устал.
Нет мне жизни, родная!
А теперь нарисую дорогу,
дорогу разлуки –
та завистница злая тебя у меня забрала,
уведя за собою
в обманные дальние дали.
Наберу жёлтых слов
и с курлыканьем грустным смешаю
журавлей,
от родимой земли улетающих прочь.
Ожидая тебя, я устал.
Так убей же надежду!
Нет! Надежда умрет –
и сгорит мое дерево тут же,
не дожив и до осени:
сердце его разорвется.
Лучше слов наберу я крылатых,
с сиянием Божьим
их смешаю –
и трепетный тот ветерок нарисую,
что запутался в прядях твоих
и не хочет наружу.
Ожидая тебя,
я безмерно устал, дорогая.
32Солнце и жажда
ОДИНОКИЙ ВОЛК
Я рыщу одиноким волком
среди лесов, распадков, гор,
высматривая хищным оком
себе добычу с давних пор.
Волк одинокий, не желаю
твоих касаться нежных губ –
ведь сам доподлинно я знаю,
как необуздан, грозен, груб.
Волк одинокий, жутко вою
по мрачным зимним вечерам.
Я сам тому не рад порою,
что псов тревожу по дворам.
Напуганы, как страшной сказкой,
скулят они, поджав хвосты…
Я не хочу своею лаской
навек твои спалить мечты!
Твой образ сердце рвёт на части,
жизнь в одиночестве – тюрьма…
Но если дам тебе я счастье,
оно сведет тебя с ума.
Я – волк в любое из мгновений,
непостижим я и жесток.
Не от моих прикосновений
ты распахнешься, как цветок.
33Скалолазы
Ты рождена морской волною
и горным ветром голубым.
Вовек не быть тебе со мною,
такие помыслы – что дым.
Я не хочу, чтоб на рассвете
запев любви твоей умолк.
Я на другой живу планете,
я – только одинокий волк…
34Солнце и жажда
ТЫ ОБНАЖЁННЕЙ
СТРУЙ РОДНИКОВЫХ
1
Как ни старайся
платьем укрыться, –
обнажена ты,
словно росинка.
Взгляд обнажённый
напоминает
ливень, что хлынул,
спасши от зноя.
Обнажена ты
сердцем невинным –
так и сияет,
так и лучится
сквозь изумленье
глаз азиатских,
полных томленья,
медленной неги.
Голос твой тоже
наг, и он звонок,
как колокольчик
дочери неба –
звёздной шалуньи.
35Скалолазы
Каждое слово
робких признаний –
тоже нагое.
Ты обнажённей
струй родниковых!
Странник в лохмотьях,
вечно стремлюсь я
к струям приникнуть,
но – безуспешно…
Солнце и жажда.
Жажда и солнце.
2
Жажда отпустит,
если однажды
руку протянешь
ты обнажённо.
Впрочем,
грустна ты…
Грусть твоя тоже –
словно нагая
лунная осень.
Вся твоя сущность –
быть обнажённой.
36Солнце и жажда
Груди же, Боже! –
словно две птицы,
что упорхнули б,
если б кто вздумал
к ним прикоснуться
неосторожно…
Ты – словно утро.
Так ты хрустальна,
что я хотел бы
вместе с тобою
в дальние дали
по ветру мчаться,
чтобы оттуда
не возвратиться.
Скалолазы
Вечный день
Солнце и жажда
Ветер и дождь
Ночь в весну
38Ветер и дождь
***
Почему-то хочу
лист опавший поднять,
пусть он и не доллар;
и упавшую с неба звезду –
хоть и не бриллиант;
птенца,
что из гнездышка выпал –
пусть пока что не песню.
Хочется камень пустить –
чтоб запрыгал он,
как лягушонок
по солнечной глади воды.
Значит, я не хочу
лебедю шею свернуть,
снять шкуру с медведя,
раздавить муравья,
убегать от дождя,
от темноты
прятаться под фонарём –
больше уже не боюсь.
39Скалолазы
***
Всё от мира чего-то хотим
чтоб трава бы в росе
камень незыблем
солнце струило добро
дождь подснежником пах
и музыка звёзд бы звучала
Что же взамен?
Ничего
Сердцем траву отогрей
камню душу отдай
солнцу – прохладу
дождь с улыбкой встречай
звёзды – с надеждой
Всё от мира чего-то хотим…
Что же взамен?
Ничего.
40Ветер и дождь
***
До своего камня рукой подать,
вот он.
До своей звезды мне надо дойти.
А то зачем я здесь?
Не для того же, чтоб взять и вернуться,
откуда пришёл?
Тогда зачем мне жизнь?
и зачем она Создателю?
До своей звезды мне надо дойти,
шаг за шагом,
ступень за ступенью,
вот они:
солнце
луна,
молния,
ветер,
облако,
гора,
птица,
радуга,
дерево,
травинка,
тишина,
41Скалолазы
До своей
звезды
мне надо дойти –
а то зачем я
здесь?
42Ветер и дождь
***
По усталым дорогам –
инвалиды,
уже без иллюзий.
По изувеченным улицам –
голодные дети.
По утихшим дворам –
брошенные старики.
По сожжённым полям –
не родящие бабы.
Над остывшей золой
звон пустых казанов.
Год окончания войны –
он впереди,
или это
мучает память меня?
43Скалолазы
SOS. XXI в.
Как же давно одряхлели наши слова!
Что помоложе, и тем
шестой десяток веков.
Дрéвнее «дай»
сильней молодого «возьми»,
«мой» старше, чем «твой»,
«дубина» раньше «любви»,
«война» раньше «мира» возникла.
Подслеповаты они,
да и слышат неважно,
и память всё больше шалит…
вот потому всё труднее
общий язык нам найти,
мысль донести друг до друга.
SOS!
Новые бросьте слова!
Иначе в трясину затянут
«дай»,
«мой»,
«дубина»,
«война».
44Ветер и дождь
***
Зима.
Ночь.
Дерево в фоторамке окна.
На ветке один листок
и ледяное лицо луны.
На нём –
с мёртвым взглядом –
пустое гнездо.
Весна.
Ночь.
Дерево в фоторамке окна –
Всё в цвету.
На ветке улыбка луны –
гнездо
распустилось бутоном.
Лето.
Ночь.
Дерево в фоторамке окна.
Средь кудрявой листвы
сверкают от счастья
круглые щёки луны.
Между ними гнездо
песню жизни поёт.
45Скалолазы
Осень.
Ночь.
Дерево в фоторамке окна.
Среди облетающих веток
лицо
измождённой луны
Стынет пустое гнездо.
46Ветер и дождь
***
Ветер только и видишь,
когда он завернется в пыль,
только тогда и заметны
его могучие плечи.
Суровый
или робкий и ласковый,
осторожный,
как дикая кошка.
Я люблю ветер.
Люблю его нежность
и буйство, когда
взвихряет озерную гладь,
рвëт зонтик
из рук у девчонки,
бесстыдно задирает
ей юбку.
Когда плещeтся в волнах
альпийского луга
или с гиканьем гонит
стаи дождей.
Интересно,
что он чувствует,
играя с шуршащим листом
в кошки-мышки,
47Скалолазы
когда ловит его,
когда вдруг отпускает
и цапает снова?
Ветер ведь листья не ест…
48Ветер и дождь
***
по птицам скучает
дерево
по листьям скучает
ветер
волна
скучает по берегу
земля
скучает по небу
луг скучает
по пчёлам
радуга – по малышне
фонтаном
на землю брызнула
потому зацветает дерево
потому у ветра
прорезается голос
потому-то взлетают
волны
нa мощных
и легких крыльях
49Скалолазы
потому и ветер
заводит песнь
струны ливней
перебирая
потому и трава
проклюнулась
из земли,
уютного гнёздышка
и смеётся
сверкает радуга
раскрывая свои объятья
посмотри
журавлиный клин летит –
это юг
скучает по северу
50Ветер и дождь
***
Человек,
боявшийся всего,
уйдя в зонт
по самые плечи,
шёл в осеннюю морось
с моря
печальной тенью.
Грустное его отражение
подрагивало на витринах,
он шёл с моря,
в который раз,
не сумев
бросить в пасть
разъярённым волнам
голову свою
никудышную.
Боявшийся
воспитательницы
в детском саду,
учителя в школе,
профессора в институте,
начальника на работе,
жены дома,
соседа во дворе,
крепкого слова на улице,
даже ласкового взгляда –
печальной тенью стал.
51Скалолазы
Вдруг в толпе,
идущей ему навстречу,
он увидел тёщу.
Сперва
исчезло его отражение,
потом –
и он сам.
С тех пор
его никто не видел.
На том месте,
где он исчез,
под зонтиком,
съёжившиеся от страха,
нашли его вещи.
52Ветер и дождь
ЗЕРКАЛО
Эту красивую женщину
всё чаще пугает зеркало:
бегут по нему морщинки –
тонкой сеточкой
трещин,
туманят её лицо.
Её подросшую дочь
все чаще радует зеркало:
груди её наливаются
лунным светом,
готовы раскрыться,
как белые розы.
Только старушку-бабушку
ты не обманешь, зеркало,
в глаз твой не глянет
единственный,
что за людьми следит.
Знает:
однажды встретившись,
душу пленишь,
опутаешь,
тело, собаку дряхлую,
выгонишь со двора.
53Скалолазы
ЗЕРКАЛО II
Зеркало состарилось,
не смеётся
молодо и звонко,
как когда-то.
Угасла улыбка,
родники его глаз иссякли,
вся в морщинах
гладкая кожа,
древесной коре подобна.
Утомилось жить,
всё-то дремлет.
Зубы зеркала поредели,
изморозь на волосы пала.
Но почему, почему
не себя ты,
её жалеешь?
54Ветер и дождь
СВЯТОЙ
Шёл человек,
тень – за ним.
Спешил человек,
тень – вослед.
Долго шёл человек,
пала тень,
молит его:
– Подожди!
Шёл человек,
тени – нет,
люди понимающе
шептали:
– Cвятой.
Тень сбила ноги
в кровь,
ждёт-поджидает
тень:
он же вернётся в дом.
Нет,
не вернулся он –
солнце спалило тень,
и она,
55Скалолазы
как подбитая птица,
ушла навсегда,
улетела.
А думали все:
святой.
56Ветер и дождь
ЧТО ТАМ?
Над нами шумят
деревья,
а выше деревьев –
птицы,
а выше, над птицами –
тучи,
а выше, за тучами –
звëзды.
А что там ещё,
за ними,
за синей скорлупкой неба? –
что?
Граница жизни,
ничто, и только?
Тьма без просвета?
А может, хуже?
Что там,
скажи, за очами?
За синими звёзд очами
за белыми звёзд очами
за алыми звёзд очами
за жёлтыми звёзд очами,
что смотрят на нас
57Скалолазы
летней ночью,
таинственно так мерцая?
Кто сможет на это ответить?
Кто скажет,
что за очами,
за вышитым пологом неба? –
что?
Не тот ли, кто их срывает,
кто в ярости их срывает,
чтоб с неба
швырнуть на землю?!
58Ветер и дождь
ЗЕМЛЯ ТЕБЯ ЖДЕТ
Земля тебя ждёт,
лелеeт – во чреве матери уже,
принимает тебя
как великое чудо, как дар.
Качает твою колыбель,
поёт первую песню,
поднимает тебя с четверенек,
ободряет на первый шаг.
Лишь она с тобою всегда –
и если взлетишь высоко,
и если падаешь больно.
Когда ты впервые влюбишься,
она утрёт твои слёзы,
и доблестью душу наполнит,
когда защищаешь свой дом.
Хранит твою кровь в тюльпанах,
хранит в гвоздиках и розах.
Лишь она всегда тебя любит –
даже если обласкан миром,
даже если мать отвернётся
даже если отец и мать
и брат и сестра
откажутся от тебя.
59Скалолазы
Лишь она и будет
беречь твою старость
и ждать тебя,
чтоб на исходе жизни
по-матерински обнять.
60Ветер и дождь
***
Свесив ноги
с края обрыва
задумчивый
ветер грустит
Шелест
не слышен листвы
и облака неподвижны
волны сгладили плеск
пыль улеглась на дороге
Свесив ноги
с края обрыва ветер сидит
думает грустную думу
– Рву вековые деревья
с корнями
не прихоти ради!
пусть увидят меня!
ввысь
вздымаю волну
окрыляя грозное море –
нет, не видят меня
видят
лишь пенные волны
да корни
павших деревьев…
61Скалолазы
Замер
мир
без движенья
не шелохнётся
трава
Свесив ноги
с края обрыва
грустит
задумчивый ветер
62Ветер и дождь
КУРСКИЙ ВОКЗАЛ. 1974
Старик и на человека-то
не похож:
на голове торчком
вздыбленный клок волос
в зловонном рту –
последний огромный зуб.
Он на скамейке сидит,
песню поёт под гармонь,
ветхую, как он сам.
Слов и не разобрать:
птичками ввысь
не летят,
будто плевки об асфальт,
шлёпаются у ног.
Старик поёт,
и летят
на дно потёртой фуражки
со сломанным козырьком
монеты
со звоном пуль,
его пощадивших когда-то.
А после, как и всегда,
старик налижется вдрызг,
задрыхнет, обняв гармонь –
куча старого хлама.
63Скалолазы
И на его простом,
порченном войной,
порченном жизнью лице
будет улыбка блуждать –
единственное добро,
что у него осталось.
64Ветер и дождь
***
Когда в нашем дворе
срубили последнее дерево
и улетели отсюда
самые стойкие птицы –
огромный дом
вырос здесь
из стекла и бетона
и стало не видно за ним
ветра, солнца и радуги.
И тут же
в нас грипп вцепился
вечно злой и голодный,
напали хандра и скука,
тоска и заморский сплин.
И стала жизнь треугольной,
и стены упрямо встали
меж злобных её углов.
Но раз – кто бы смог поверить! –
попрыгали с полок книги,
на улицу бросились в дождь.
И тут же пустили корни,
деревьями стали вдруг.
Росли, пока вновь не скрылся,
стеклянной сверкая кожей,
с бездушной ухмылкой монстр.
65Скалолазы
Стихи мои – звонкие птички –
сверкают радугой перья,
по-новой вить стали гнезда
на ветках и петь о том –
о том, что прекрасно небо,
свет, радуга, дождь, деревья.
Скажи-ка, ну что, плохие
я книги всю жизнь писал?
66Ветер и дождь
***
Всю эту ночь
выводил деревья из города
Они совсем оглохли
от рёва моторов –
озверевших цепных собак
что рвутся
рыча на прохожих
а свет галогеновых ламп
вконец ослепил их
бедняжек пылая
Всю эту ночь
выводил деревья из города
Им давно не хватает
птичьих гнёзд
птичьих песен
хлёстких ливней
ветров шальных
Я выводил
из города деревья
а дальше они
сами бежали
Даже не стали
собратьев –
других дожидаться
67Скалолазы
Больно боялись
что их догонят
обратно вернут
Всю эту ночь
выводил деревья из города
До самого утра
68Ветер и дождь
***
Камень хотел бы
стать птицей –
и упасть
через десять лет.
Камень хотел бы
деревом стать,
чтобы рухнуть
лет через сто.
Камень хотел бы
стать и рекой –
пересохнуть
через тысячу лет.
Но ни птицей,
ни деревом
ему не бывать,
не бывать ему и рекой.
Камень сам –
время,
сжатое в точку.
69Скалолазы
***
Над городом дождь
а люди бегут
будто с неба
падают камни
Над городом дождь
а люди бегут
будто это – ах! –
рой пчелиный
Над городом дождь
машины ворчат
деревья мокры
до нитки
Над городом дождь
над городом дождь
куда вы?
постойте люди!
Ведь можно
его обидеть…
70Ветер и дождь
***
На дороге подсыхает лужа
Девочка берёт в пригоршни воду
и поливает траву
Так птенца подкидывают
в воздух – лети!
71Скалолазы
***
Время перемалывает
наши дни в муку
Жизнь убывает
так убывает вода
во фляжке у того
кто блуждает в пустыне
Время
перемалывает дни в муку
а мука
куда-то девается…
Где она
жизнь ушедших?
Перемолота!
Снег на дорогах…
72Ветер и дождь
***
Просыпаемся мы
и глядим
не в окно,
а на часы на стене.
Если бы мы,
просыпаясь,
смотрели в окно,
солнцем бы наш день
начинался,
а не часами на стене,
что исправно
отсекают
ножницами стрелок
крылья
живых мгновений.
73Скалолазы
ДЕРЕВО И ДРОВОСЕК
Дерево устало ждать топора,
человеком решило стать,
выдёргивает один за другим
из земли свои корни,
будто камча свистит.
Ветви теперь это руки,
дупло как широкий рот,
листья – слова,
гнёзда глазами смотрят,
птица же вскрикнула сердцем.
Затем оно вырыло яму
и посадило туда дровосека.
Вмиг стали ветвями руки,
рот превратился в дупло,
листьями стали слова
гнёздами смотрят глаза,
сердце же вскрикнуло птицей.
Сел под дерево в тень человек
и задумался,
к стволу прислонившись:
как хорошо человеком быть!
Как хорошо
в покое деревья оставить.
74Ветер и дождь
ОТМЩЕНИЕ
Всё стало вдруг
пропадать
в огромном
доме, где окна
с решётками
и железными дверьми:
ковры,
хрусталь,
картины,
золото,
деньги…
И даже люди.
Опустел дом через
месяц:
нет в нём
больше
ни вещей,
ни души.
Ещё один месяц – и
лишь одно трюмо
холодом отсвечивает
сквозь изморось
на его месте –
надгробие
ушедшему времени.
75Скалолазы
И если бы не ход часов
обратный
из зазеркалья тихий
стукоток,
никто бы не узнал,
что здесь стряслось.
На мелкие осколки
рассыпалось однажды
стекло,
и выкатилась оттуда
слеза –
слезинка
невинного ребенка.
76Ветер и дождь
СОЛНЦЕ
Куда ни глянешь –
везде часы.
Часы на башнях,
часы на столбах,
часы на стенах,
часы на руках,
часы в карманах
и на вокзалах,
станциях,
аэропортах,
космодромах…
Где только нет
этих часов!
Часы стучащие,
бьющие и
звенящие,
говорящие,
дребезжащие,
даже немые –
только и делают,
что погоняют нас,
упавших
подхлёстывают камчой.
Девочка в школу бежит,
так что «зебры» не видит,
сирена раскалена –
доктор к больному летит,
77Скалолазы
женщина – на работу,
не то – турникет предаст.
Все куда-то спешат
под грозный бой курантов
и под хихиканье часиков,
нагло корчащих рожи
круглые сутки.
Куда ни глянешь –
везде часы.
Как бы их все истребить,
избавиться от кошмара,
только…
заря же без них не займётся
(петухов-то давно отменили),
машинист опоздает на рейс.
Как дворник начнёт подметать?
Как взлетит самолёт?
Кто позовёт нас за стол
или уложит в постель?
Мы же не древние люди,
которым было достаточно
одного только солнца!
78Ветер и дождь
СЛЕЗА
Земля задрожала…
Обвалился утес?!
Земля задрожала…
Рухнула скала?!
Земля задрожала…
Грохочет гром?!
Нет.
Это
на землю
упала
слеза.
79Скалолазы
***
И у ветра есть своя работа:
не от нечего делать
поднимает он пыль,
мнёт гладь моря, валит деревья,
за волосы таскает меня.
Своя работа есть и у дождя:
не от нечего делать
насыщает он влагой землю,
смывая дороги подчас…
А теперь он
что-то шепчет в окно мне.
И у муравья есть своя работа:
не от нечего делать
снуёт он повсюду
с тяжким грузом, не боясь
ни ног, ни копыт,
удивляя своим упорством.
Своя работа есть и у меня:
это я пасу отары ветров,
гоняю табуны дождей
и бужу по утрам муравьёв.
80Ветер и дождь
ПАУТИНА
1
на паутине капля росы
с виноградину
мохнатый паук
глядит на неё и плачет
не спрашивайте: почему
2
на паутине мохнатый паук
на паутине – капля росы
на паутине – луч солнца…
и бабочка на паутине
и бабочка
3
на паутине паук
на паутине капля росы
кто там глядит из росы –
ветерок
с прозрачными крылышками
вот-вот и вылупится он
как птенец из яйца
81Скалолазы
***
Чем была раньше звезда?
Колос зерном был,
птица – яйцом,
дорога – тропинкой.
Чем были раньше:
звезда,
шум реки,
тень ветра?
Звёзды случились из мыслей:
их никогда не достичь.
Музыкой был шум реки:
никогда его много не будет.
Тень ветра – тайной:
не сделать явной еë.
Если правда, что у каждого
в небе своя звезда
(как ждёт каждого
на земле его камень),
то однажды,
без всяких усилий,
он к ней
непременно придёт.
82Ветер и дождь
***
Значит, за то, что
я так бос и наг,
и так несчастен,
есть надежда у меня
получить
вторую жизнь,
не того,
кто ползает,
а того, кто летает?!
Решено!
Этой же осенью
оплетусь
шёлковой нитью,
в кокон превращусь,
буду висеть себе
на ветке
до весны.
Вот только
кем я вылечу из кокона,
ведь я же не гусеница?
83Скалолазы
***
Море когда-то было
щедрой рекой,
озорным родником,
тишайшим снегом,
тягучим туманом,
лебяжьим облаком,
ливнем над лугом,
звонкой росой,
весёлой радугой…
Оно снова и снова
повторяет этот путь
А человек,
владеющий морем,
может лишь осушить болото,
повернуть реку,
расстрелять град,
отменить дождь,
вывезти на свалку снег,
задушить родник
и стереть радугу,
как со школьной доски
вчерашнее задание.
84Ветер и дождь
ТОРГОВЕЦ ВРЕМЕНЕМ
Зычно сзывает людей на базаре
продавец времени:
– Эй, кто хочет прожить
долгую жизнь,
налетайте скорее –
продаю время оптом,
в упаковках по дням,
по неделям,
а можно и по несколько лет.
По десять, по двадцать,
по желанию покупателя.
Налетайте!
Бесценный товар!
Недорого прошу.
Вот ты,
уже совсем не молод:
лицо – гармошкой,
и зубы – через один,
что скажешь, когда Азраил*
постучится к тебе и скажет:
«Собирайся!
Пора и честь знать!»
Правильно.
Пойдешь, как миленький.
*Азраил – ангел, забирающий душу.
85Скалолазы
А вот если купишь время,
то, махая квитанцией
перед его носом:
«Нет, дорогой, – скажешь, –
мне ещё жить и жить!» –
и он уйдёт,
что-то бурча под нос,
а ты будешь
ехидно смеяться
ему вслед.
В этом свёртке
непрожитые годы акробата,
разбившегося под куполом цирка
совсем молодым.
Взвесить?
Очень здоров и красив был акробат.
Не скупись.
Всего за 90 золотых того добра,
которого так не хватает
брошенным детям с нашей улицы,
они каждое утро
обходят мусорные баки
в поиске объедков с наших столов.
А этот свёрток –
жизнь очень сытого человека,
который каждый день,
выходя из дому, причитал:
«Как бы чего не вышло,
как бы чего не вышло!».
86Ветер и дождь
Так и случилось:
поскользнулся о банановую шкурку
и отдал богу душу.
Берите остаток его жизни
за 50 золотых –
и подарим хотя бы
по одному сытному месяцу тем,
кто недоедал в доме престарелых,
тем, кто лопатой и киркой
вытаскивал страну
из послевоенной разрухи.
А в этом свёртке жизнь актрисы,
умершей от передозировки.
Стоит всего 30 серебряных
чистых улыбок.
Купи, и мы подарим
целых десять лет
неизлечимо больной девочке,
которой осталось всего-то
с воробьиный клюв.
По улыбке в день.
А вот этот свёрток –
непрожитая жизнь героя.
Он отдал её по вине алчной,
вероломной власти,
отправившей его на смерть,
чтобы защитить награбленное.
87Скалолазы
Берите!
Он был честным
и очень достойным человеком.
Берите!
Только как бы и вы не погибли
за правое дело.
А вот это – время доносчика,
который сдох, как собака,
отдам за бесценок.
Слышите, за бесценок,
почти что даром.
Эй, вот ты, с грязными,
трусливыми глазами!
Эй! Да, тебе говорю.
Бери, отдаю за так.
Уж очень оно воняет.
88Ветер и дождь
ТЕНЬ
Тень моя,
что при мне была неотлучно,
за то, что я не давал
одной ей и шагу ступить,
вдруг на меня осерчала –
взяла да ушла.
Если заметите вы
одиноко бредущую тень,
ей передайте:
прощенья прошу,
что долго её обижал,
жду, чтоб вернулась назад.
Выйти из дома теперь
ночью только и можно,
или в самую хмарь.
Вы же, без тени увидев меня,
сразу святым назовёте,
а я обманщиком быть не хочу.
Или, что хуже,
полиции в руки попасть.
Тут же возьмут под арест:
инопланетный
шпион.
Потом объясняй им,
с паспортом в руках,
89Скалолазы
что ты гражданин РФ
и живешь по адресу:
360000, КБР, г. Нальчик,
и что ты писатель,
автор 20 книг,
и что тебя читают
даже во Франции.
Эй, люди добрые!
Тень помогите найти!
Кто я без тени,
что?
90Ветер и дождь
***
Всё движется по кругу,
всё возвращается.
Утро возвращается,
возвращается ветер.
Возвращается радость,
война возвращается.
Возвращается и смерть:
она сегодня
убила
в колыбели ребёнка,
а вчера – звезду.
Всё движется по кругу,
всё возвращается.
Вода возвращается,
возвращается боль.
Счастье возвращается,
возвращается голод.
Возвращается и жизнь:
сегодня
на руках у женщины
расцвёл ребёнок,
а вчера – подснежник.
91Скалолазы
Всё движется по кругу,
всё возвращается.
Не возвращается только время:
прямо идёт,
не сворачивая.
92Ветер и дождь
***
Дождь на улице, ветер.
На душе кошки скребут.
Стою, облокотившись
о подоконник.
Предал друг, которому я верил
больше, чем брату.
Так мне и надо!
Нельзя верить другу
больше, чем брату!
Ветер на улице.
Хлёсткий,
резкий,
наглый!
Стучится в окно веткой ивы.
Сыро. Темно.
Отворяю дверь ему,
запоздалому путнику:
он отталкивает меня,
он врывается в дом,
он проходит к огню.
Я растерянно говорю:
– Входите…
всегда рад гостям…
93Скалолазы
– Раньше и я был человеком,
и как ты – размазнёй, –
говорит лохматый ветер,
с шумом допивая свой чай, –
а теперь я вольный ветер,
ветер-абрек!
К чёрту людишек,
с их мелкими душонками
и грязными делишками!..
С кока-колой,
памперсами,
яхтами,
кокаином,
моралью.
К черту-у-у! –
и вышел с таким же шумом,
как и зашёл.
На улице ветер, дождь.
Скулит собака,
когда-то цикадой была.
94Ветер и дождь
ТАВРО
в небе неисчислимые звёзды,
бесчисленные птицы,
бессчётные мечты,
сбывшиеся и несбывшиеся,
облака, наполненные дождинками,
на земле – множество травинок,
пылинок, песчинок…
но их давно пересчитали.
и луну давно взвесили,
измерили вдоль и поперек…
разумеется, чтобы продать.
плёнка мыльного пузыря
в 5000 раз тоньше волоска.
а в нервной системе человека
100 млрд нейронов,
вселенная в поперечнике вытянута
на 156 млрд световых лет.
уже за пределы её заглядывает человек,
за пределы себя.
все взято на учёт:
даже думы, мечты, слёзы человека…
о глупости молчу,
измерить её пока невозможно,
да и вряд ли возможно будет когда-нибудь.
95Скалолазы
сколько детей умирает за год?!
сколько ещё умрёт?!
и сколько бродяг роются в помойках?!
вдумайтесь,
если в минуту на вооружение в мире
тратится 2 000 000 долларов,
сколько жизней отнимается у детей?!
измерившие тяжесть дыма,
проникающие в сны птиц,
как вы измерите боль ребенка?
а горе старухи-нищенки,
сидящей на голой земле
с протянутой сухой рукой?
а горе бездомной собаки,
едва волочащей свою костлявую тень,
как измерить его?
мы знаем радость ребёнка,
она равна объятию матери,
воротам радуги над горами
и улыбке солнца и всех цветов на земле.
ветерок,
родившийся на рассвете
от росы и звёздного луча,
прячься, не то и тебя поставят на учёт,
поставят тавро и на тебе!
96Ветер и дождь
***
Посеял я детский смех,
сияет весёлая радуга.
Посеял я детское горе,
качается злая колючка.
А где-то опять
проливают детскую кровь –
в упор расстреливают
дождь и радугу.
97Скалолазы
***
Чья улыбка ты,
цветок?
Кто тебя выронил
здесь?
Девочка?
Птичка?
Чья песенка ты,
родник?
Кто тебя выронил
здесь?
Мальчик?
Дождик?
98Ветер и дождь
***
Усталый ветер шёл в пыли,
шёл который уж год
впервые не зная, куда, и зачем.
И впервые ему было небезразлично,
что думает о нём дерево,
им же, потехи ради,
вырванное с корнем,
а птенцы на нём так и не успели взлететь
навстречу заветным мечтам.
Он шёл,
опустив свои воспалённые глаза,
лохматый, растерянный, разбитый,
скрестив по-старчески
руки за спиной,
шёл, как чужими дорогами идёт
обросший,
изрядно потрёпанный путник.
Шёл и мечтал упасть и умереть,
упасть и умереть,
сложить когда-то полные сил и желаний,
готовые к героическим свершениям
тяжёлые крылья;
уронить своё продрогшее до костей тело,
хотя и не был уверен,
что у него есть кости.
99Скалолазы
Но не было грифов в небе,
не было даже ворон.
Ни облачка не было, ни тучки,
только сухое небо над ним,
а на земле – ни травинки,
ни муравья, ни живой тени.
Вокруг –
железобетонные скелеты домов,
ржавые остовы машин,
кладбища совсем ещё юных надежд
и зловещая хищная тишина.
Под лучами адского солнца,
как жестоко изнасилованная женщина,
валялась Земля.
Она была мертва.
100Ветер и дождь
***
… тебя не разрушат, о жизнь,
ни сталь, ни мазут, ни жадность человека.
А. Туртиайнен.
Я видел мощное дерево
на голой скале,
я видел горный тюльпан,
растущий сквозь ржавую каску,
я видел родник,
пробивающийся сквозь бетон,
я видел травинку,
пробившую асфальт,
чтобы выйти к солнцу,
и думал:
жизнь непобедима.
Теперь же я вижу,
как ставят скалы на колени,
не то что деревья,
как убивают птиц,
отравляют небо,
как выкапывают
и выбрасывают
с корнями
родники,
101Скалолазы
как закатывают в асфальт
снова и снова
травинку,
тянущуюся к солнцу,
и уже не так уверен,
что жизнь непобедима.
102Ветер и дождь
УШБА
Исмаилу Курданову
Грозная Ушба видна,
как из твоего дома выйдешь,
сверкающая Шхельда –
с твоего двора.
А с моего –
обшарпанная трёхэтажка
и раздолбанные мусорные баки,
где один пьяница
и пять бездомных собак
копаются с утра
и грызутся.
А было время, из дома
я видел Эльбрус
на расстоянии рукопожатия.
103Скалолазы
***
Устала река течь,
ей бы в небо
взлететь,
волнами мощно взмахнуть.
Устало дерево стоять,
ему бы
за ветром
бежать,
от земли оторвавшись.
Устал от молчания
камень,
ему бы расколоться
с грохотом,
брызжа колкими искрами.
Устал ветер
бродить без конца,
ему бы раздеться
и девушкой
в воду броситься,
брызги вокруг!
104Ветер и дождь
***
Плакала девочка,
мячик сдулся,
на колючку попав.
Плакала.
Но её слёзки висели,
словно капельки дождя
на бутоне розы.
Плакала девушка,
брошенная любимым.
Плакала.
Но её слезы
напоминали росу на траве,
которая высохнет
с первыми лучами.
Плакала маленькая старушка,
выброшенная на улицу.
Плакала.
Её глаза были похожи
на два высохших родника.
Плакала высохшая старушка,
выброшенная на улицу,
протирая сухие слёзы
из сухих глаз –
105Скалолазы
сухими ладонями,
словно высохшими листьями ореха.
Плакала маленькая старушка,
выброшенная на улицу…
И никому не было дела до неё,
кроме облезлой,
плюгавой собачки,
мелко скулящей,
не смеющей взглянуть ей в глаза.
Плакал весь мир…
106Ветер и дождь
***
в засуху моих слов
бессильно лежат на земле
крылья их радуг,
пожухла трава,
не поднимаются на рассвете
солнца моих слов в зенит,
где вы,
золотые пчёлы моих слов?
не загораются в небе звёзды,
орлы моих слов…
как выразить мне теперь
любовь ребёнка к матери?
печаль сухого облака?
тяжелые раздумья седой скалы,
игру солнечного луча с травинкой?
дорожную песенку муравья
как мне выразить теперь?
как мне теперь передать
музыку падающего снега
и радость звонких родников
как передать мне теперь?
107Скалолазы
словно в осеннем саду,
сухо шуршат листья моих слов.
как подстреленные птицы,
падают,
кружась,
на землю
опустевшие гнезда моих слов –
словно старое тряпьё теперь.
108Ветер и дождь
***
Тихо мурлычет,
свернувшись
под кустом,
словно котёнок,
ветер.
Не окреп он ещё
и голос пока что слаб.
А проснётся,
растянется всем телом,
от носа
до кончика хвоста,
и начнёт прыгать
на паутине,
как на батуте,
но, вспомнив
что-то важное,
побежит по лугу,
и зелёная рябь за ним,
а по пути не забудет
испортить причёску иве,
сдуть с одуванчика
пышную шевелюру,
и с хохотом разогнать
весёлую стайку бабочек.
109Скалолазы
Потом взбежит на горку
и всмотрится вдаль:
не идёт ли мама.
Снова свернётся под своим кустом,
и, грустно сопя,
исчезнет в вечерней тишине.
А утром, проснувшись,
опять взбежит на горку:
не идёт ли мама…
Так начинается буря.
110Ветер и дождь
***
Это зеркало в туалете
было
щеголеватым генералом,
в орденах и медалях,
вором в законе –
отморозком
в мажорном прикиде,
скромным учителем
в потёртом костюме,
примерной школьницей
с косичками,
шлюхой, с запахом
дешёвых духов и пота,
грязной попрошайкой,
набожной монашкой,
шулером,
полицейским,
даже депутатом.
Оно иногда кололось,
в тесной кабинке,
блевало, напившись в хлам,
материлось –
доярка после вечеринки,
111Скалолазы
валялось
на зассаном полу,
ревело,
размазывая тушь по лицу,
но так и не сказав
metoo…
Сегодня оно застрелилось –
дырка в виске.
Почему? Кто его знает.
Ни шприца,
ни предсмертной записки.
Лишь оно, бездыханное,
в лужице крови.
Собственной крови.
112Ветер и дождь
ЦВЕТЫ
По зелёной лужайке
бежит девчонка.
И такой яркий у неё смех,
словно несёт в руках
радостный пёстрый букетик.
В мае по улице
лёгкой походкой идёт девушка,
и лучится её улыбка,
как розы,
нежно прижатые к груди.
Под неоновым светом,
сплетая
любовную сеть
из лучей неверной
подгулявшей луны,
стоит девка.
К холодной груди
прицеплена искусственная
роза, фальшивая,
как её сердце.
На голом асфальте
понуро сидит старуха,
ей в ладони
113Скалолазы
стекают монеты –
её давно иссохшие
слёзы.
Какие уж там цветы.
114Ветер и дождь
ОДА МОЕЙ КОШКЕ
Я и моя кошка.
Никак не можем поладить.
Нагло ест она
из моей тарелки,
опуская в кашу свои усища;
ложится на мою постель
и дрыхнет,
назло мне мурлычет,
конечно, назло,
как же иначе?
И гадит в ботинок мне,
чтоб досадить.
Всё самое вкусное
и самое мягкое в доме – всё ей:
сметана,
масло,
диван,
кресло,
подушка…
Захочет – уходит,
приходит, когда захочет,
прямо как моя любимая.
Мы следим друг за другом.
115Скалолазы
Она наблюдает за мной,
чтоб я
не подходил к холодильнику,
не позвав ее,
не съел её котлету,
её рыбу, её сыр
и не выпил её молоко;
а я – за ней:
чтоб она не стащила опять
мой носок,
мой галстук,
мою тапку,
и не засунула в самый
неудобный угол,
конечно, чтоб досадить.
Кажется, не она,
а я обязан ей комфортом,
и не она кошка,
а я приблудный кот.
Вот так и живём, я и моя кошка.
Она, плутовка,
в отличие от меня,
всегда знает,
что ей нужно,
и всегда делает то, что хочет.
Ну как тут её не любить?!
116Ветер и дождь
ОДИНОКАЯ МОГИЛА
Ольмезов Аслан сын Бияса
(1921–1958)
Надпись на надгробном камне
Я, Ольмезов Аслан сын Бияса,
родился в 1921 году в Холаме.
В 1938-м
окончил педучилище в Нальчикe,
учил детей грамоте в родном ауле.
В первые дни войны
ушёл на фронт добровольцем.
Воевал честно,
не прятался за чужие спины.
В битве за Сталинград
потерял одну ногу и глаз –
второй, слава Богу, остался.
Это куда ни шло,
вместо ноги костыль,
стеклянный шарик в глазнице.
Калекой вернулся домой –
меня объявили бандитом,
а многострадальный народ
власти Советской врагом.
117Скалолазы
В 44-м году
всех на чужбину сослали
женщин, детей, стариков.
Женщин – когда их мужья
насмерть стояли
за Советскую Родину.
Детей – их отцы
насмерть сражались
за Советскую Родину.
Стариков – их сыновья
жизнь отдавали
за Советскую Родину.
После и их самих –
отстоявших Советскую Родину,
выслали нам вослед,
как предателей и воров.
Это ещё ничего.
Голод, болезни, мороз
да позорное это клеймо
без вины виноватых
нас косили косой:
год прошёл –
едва ль половина осталась.
118Ветер и дождь
Я, одноногий солдат,
с круглой стекляшкой в глазу
вкалывать должен теперь
за Советскую Родину,
которая так обглодала
мой народ и меня.
Летом гонял арбу,
а зимой – сторожил,
но каждый пятнадцатый день,
стужа ли, зной – всё равно
топай 12 км –
в комендатуру,
галку поставить,
что не сбежал и не сдох,
иначе каторга светит.
Сосед-казах выручал:
летом давал мне арбу,
сани – зимой,
вот перед кем я теперь
в долгу неоплатном.
Как-то я невзначай
границу села пересёк –
впаяли попытку к бегству,
15 суток арест,
«разговоры», потом
я «подарил» коменданту
именные часы,
и как участнику войны
119Скалолазы
совершённое мной
«тяжкое преступление»
он «простил».
И это ещё ничего.
Первым отца схоронил –
за Советы он воевал
и жизнь справедливую строил.
После – мать, за краем аула
ни разу она не была,
а в войну после тяжкой работы
при свете лучины вязала
шерстяные носки и рукавицы
для воинов Советской Армии.
Потом схоронил я детей –
в чём были,
об обряде и саване речи не шло.
В могиле одной на двоих.
Для каждого вырыть могилу
ниже колена я просто не мог:
как душа ещё в теле держалась.
Но хуже всего было с женой:
она зимой умерла
и вырыть могилу
в промёрзшей земле
никто был не в силах.
120Ветер и дождь
Так и лежала под снегом она
на крыше землянки.
Зарыть истлевшее тело
смог я только к весне.
Наконец умер Сталин.
У ссыльных
опять появилась надежда,
которая вовсе угасла.
Но и смертью своей
деспот людей наказал:
многие,
кто не рыдал и кто притворялся
(доносчиков было немало),
снова пошли в лагеря,
но слава Аллаху,
их там продержали недолго,
через год или два возвратились.
Я же не то что рыдать,
я в тот день
ликовал и смеялся,
за что комендант
меня пристрелил бы,
да взглядов он побоялся,
взглядов-пуль
и взглядов-кинжалов,
но за решётку
с ухмылкой отправил меня.
121Скалолазы
Павел Евдокимович Юдин
звали его.
Убитым нашли на дороге
в 55-м году.
До самого отъезда на Кавказ
к его могиле дети и подростки
ходили по нужде.
И это ещё ничего.
Когда мне вернули Родину,
и то лишь наполовину,
не такой увидел я,
что тринадцать тому лет оставил,
а – униженную,
оскорблённую,
преданную,
поруганную землю отцов.
Не было слёз у меня.
Прилёг у развалин отчего дома.
Не было сил встать,
да и не очень хотелось.
122Ветер и дождь
РАЗВЕ ЧУЖОЕ ПРОШУ?
Кайсыну Кулиеву
Разве чужое прошу?
Верните мою маленькую
Балкарию,
она же на школьном глобусе
не больше пятнышка
на спинке божьей коровки.
Верните мою маленькую
Балкарию!
В её каменистую землю
я посею семена сердца.
Верните моё маленькое небо –
я зажгу в нём свою звезду.
Верните мою маленькую
Балкарию,
её скалы, леса,
горы, реки,
вместе с камнями и пастбищами,
вместе с могилами предков –
верните мне!
Верните мою маленькую
Балкарию,
она же на школьной карте
не больше воробьиного пёрышка.
123Скалолазы
Верните,
что было разграблено
за годы нашего изгнания!
Разве чужое прошу?
По крупице я должен собрать
свою маленькую
Балкарию,
разграбленную,
преданную,
оболганную.
Я это сделать должен,
и даст Боже сил мне –
смогу!
124Ветер и дождь
НАДПИСЬ НА КАМНЕ
В УНИЧТОЖЕННОМ АУЛЕ КУРМУ
В сорок четвёртом
в ауле Курму
было девятнадцать дворов…
Из двух парней,
что ушли на фронт
в Первую мировую,
живым вернулся один.
В двадцать первом,
в гражданскую,
погиб один человек.
В тридцатый-тридцать пятый годы
раскулачены две семьи
и сосланы в Узбекистан.
В тридцать седьмом-тридцать восьмом –
репрессированы четыре человека,
двое из них расстреляны.
В сорок первом –
на Вторую мировую –
ушли шестнадцать мужчин,
живыми вернулись восемь.
Трое из них умерли позже
от полученных ран.
125Скалолазы
Восьмого марта
сорок четвёртого
курумчане
были сосланы всем аулом.
Старого больного Махая
офицер не велел
грузить в машину,
так тот на месте и остался.
А слепую старушку,
истошно кричавшую:
«Аллахом прошу,
не бросайте!» – пристрелил.
Её звали Нана.
Она осталась
непогребённой.
В Казахстане,
в кишлаке Бек-Тобе,
куда они попали
всем аулом,
на девятнадцать дворов
вырыли
сорок одну могилу.
Аулу Курму
теперь
никакая война не страшна.
126Ветер и дождь
***
Сидело слово за семью замками.
Было грубым-прегрубым,
и сбежало.
Теперь я иду по следу,
который оно за собой оставляет.
А оставляет слёзы,
склоки,
ссоры,
драки,
и кровь.
Увидите,
непременно позвоните по номеру 911.
Приметы:
глаза маленькие,
злые,
лоб низкий,
щетина на щёках.
горбится,
неопрятно
кривоного,
слова –
дверной пронзительный скрип.
Сидело слово за семью замками.
Было грубым-прегрубым,
и сбежало.
127Скалолазы
Увидите,
а вы непременно увидите,
позвоните, пожалуйста,
по номеру 911 –
иначе
мир станет злее в сто раз,
сердца – черствее в тысячу.
128Ветер и дождь
ПОСЛЕДНЯЯ ВОЙНА
…смерть сильнее стала.
Э. Фрид
Где нам рОстить детей!
корни бы только деревьям оттяпать
да крылья – пичугам.
Чахнут цветы и антенны
от адского чада –
яда зловонного труб.
Зло-то творим,
а чтобы покаяться – нет!
Атомные, нейтронные,
межконтинентальные
бомбы
будут силёнкой покрепче
тех, кто их сотворил.
Правит-то миром
раздор,
злоба, насилие, ложь.
Нет, не добро, не добро,
кто бы там что
ни свистел.
Той, ненасытной, с косой,
что человечину жрёт,
129Скалолазы
жадную глотку залить –
слёзы да кровь подавай!
Море крови и слёз!
Мир стоит на краю,
шаг – и… вниз полетит,
только войны не хватает…
вон
уж взялись за ружьё!
130Ветер и дождь
БАБОЧКА НА КАМНЕ
бабочка села на камень,
что
крепче был даже безмолвия скал –
и ожил камень.
мчавшийся мимо ветерок-озорник
за листком,
что он же с ветки сорвал,
чудо заметил,
остановился,
заворожённый.
но вспорхнула бабочка и…
в паутину попала.
нежнее улыбки ребёнка
паутина была,
а стала рыбацкой сети свирепей.
и ветер беспомощно
вздрогнул.
Скалолазы
Вечный день
Солнце и жажда
Ветер и дождь
Ночь в весну
132Ночь в весну
ЭТО НЕ ПОЭЗИЯ…
Это не стихотворение…
А. Джанвиджай
Это поэзия?
Нет!
это твой ясный взгляд
радостью он лучится
бабочки крыльев касаясь
пёстрых –
на лёгком цветке
Это поэзия?
Нет!
россыпь тёплых волос
летним ливнем
струится
по открытым плечам
Это поэзия?
Нет!
руки твои родные
что журавлиным крылом
каждый вечер ложатся
мне –
на ждущие плечи
133Скалолазы
Это поэзия?
Нет!
трепет гранатовых губ
шёпот их тополиный
о безграничной любви.
Это поэзия?
Нет.
134Ночь в весну
***
Разбежавшись
голое море
голую девушку хватает
Но мокрые пальцы
по скользкой
коже скользят – срываются
снова и снова
А девушка в море глядит
Будто в сети попавшая птица
мечется ветер
в её золотых волосах –
никак не прорвётся наружу
А солнце всë золотит
её золотые кудри
её просолëнные плечи
золотыми ласкает лучами
их нежно и долго целует
А девушка всë смотрит
и смотрит
туда где море и небо слились
в осторожном объятье
И дела до солнца ей нет
до волн и до ветра –
135Скалолазы
выбрался он из волос
гнездышко вьёт меж грудей
в которых грёзы гнездятся
и страсти
в сладком томленье
А девушка молчит
и глядит
туда где из-за горизонта
алый парус взойдёт
Верит –
вот-вот запылает
136Ночь в весну
***
Я флейту разломаю на куски….
Винаяк
Разломал я свирель,
где пела
перекличка цветов и звёзд.
Ухожу,
потому что в мире
убили любовь.
Стал немым этот мир,
глухим и холодным,
как серое зимнее небо,
отражённое в стылом пруду,
а барашки игривые моря
превратились в барханы.
Пристрелили, как песню,
в этом мире любовь,
не останусь я здесь, ухожу.
Только кровь не сочится
из раны,
на траву от ужаса ломкую,
льётся, как прежде,
божественный свет.
Пристрелили,
как радугу в небе,
137Скалолазы
в мире любовь,
и на тысячи
разлетелось осколков утро,
как ветровое стекло,
а солнце задёрнуло
занавески туч.
Разломал я свирель,
в этом мире
убита любовь.
138Ночь в весну
***
Ветер за гриву схватить
и обуздать его –
можно
Тень отделить от стены
сорвать её
как обои
Шум у реки отобрать
вырвать язык у огня
время вспять повернуть
мне не составит труда
Но твои слёзы забыть –
нет
не по силам.
139Скалолазы
***
На берегу –
потайное место…
скинув короткое платье
голышом
вбегает в тёплую воду
девочка
Груди ее
солнечными зайчиками
зеркальцами слепят
мальчишку
что обмирая в засаде
смотрит
заворожённо
Не шелохнуться бы
думает мальчик
если спугну –
будет как в сказке
в голубицу обратится …
И улетит навсегда!
140Ночь в весну
***
В весну
пахнет звёздами ночь.
Ночь лежит, разметавшись,
и снится ей вихрастый ветер
с голубыми глазами,
что ловко, как фокусник,
освобождает её
от всего, чем укрыта
её драгоценная суть –
скромности,
стыдливости,
платья…
Сквозь чёрные пряди сияют
огненные груди.
И, подобный лунному свету,
гладит тёплый дождь
её плечи и сонные руки,
и бедра, и грудь,
что трепещет, сияя
сквозь тёмные пряди,
нежно касаясь.
А ветер с голубыми глазами,
целуя ей плечи и груди,
и чуть приоткрытые губы,
проникает в её лоно …
141Скалолазы
Ночь лежит, разметавшись,
убитая нездешней страстью,
радуясь собственной смерти.
Ночь в весну
звёздами пахнет.
142Ночь в весну
ПОСЛЕДНИЙ ДОЖДЬ
Это наш последний дождь.
Молча тонем в глазах друг друга –
молчание значительнее слов.
Последний дождь,
последний, ведь,
вчерашняя школьница,
ты не поспеваешь за мной,
как бы ни старалась,
а ждать тебя я больше не могу.
Последний дождь
нам туманным укором,
а мы молчим –
нечего добавить
к его печальным словам.
Мы – молчим.
И вдруг,
спрятав лицо в ладони,
ты начинаешь тихо плакать.
Я растерян –
ведь это наш последний дождь.
Так же внезапно отрываешь ладони
от мокрого лица,
143Скалолазы
и смеёшься звонко,
а я улыбаюсь грустно в ответ.
Ещё не зажигали фонарей,
по лужам снуют машины,
пронзая мрак бивнями света.
Обнимаю тебя, как в первый раз,
и слышу шёпот
твоих солёных губ:
«Прощай,
ведь это наш последний дождь…»
«Прощай, шалунишка, –
выдавливаю я из себя. –
Да, это последний дождь
у нас с тобой,
и он уже вот-вот закончится…»
144Ночь в весну
ДИАЛОГ ЗА ВОДКОЙ
– Тахир и Зухра,
Тристан и Изольда,
Лейли и Меджнун,
Ромео и Джульетта…
Одного не пойму:
такие юные,
зачем они погубили себя?
– Любовь, приятель, морковь!
– Какая к чёрту морковь?!
– А вот такая вот – любовь…
– Зачем умирать за неё,
не порог же родной защищать?
– Ну, умирают же.
– Сказки всё это. Нет никакой любви.
Вот ты вот видел? И я не видел.
За ручку держал? И я не держал.
Вон на лугу конь.
Солнце на небе.
Вот плешь у тебя на голове.
На столе водка, лук, огурцы …
Вот пальто. Висит себе и висит.
Понимаешь, они есть.
А что твоя любовь-морковь?
Она даже не стоптанный башмак,
и не мышь,
что сыр грызёт в ночной тиши.
Любовь – ничто!
145Скалолазы
– Может, это проделки ведьм,
чтобы людям морочить головы?
– Может, её придумали коварные недруги,
чтобы усыпить бдительность людей?
– Ты прав, дружище!
Как я сам не додумался!
Налей!
Выпьем за твою светлую голову!
Эх, её-то нет,
но зато столько несчастий
от той, которой нет.
И заразна же эта болезнь!
– И всё же…
– Ты это… брось!
– Ну, боль-то есть.
Откуда она, если нет любви?
И счастье есть.
А оно откуда?
– Дурья твоя башка, чтоб ты делал без меня.
Вот кошка, а вот её следы.
А где эта любовь твоя?
Где хотя бы следы её?
Нет их!
– А вот и есть!
Ведь сердце просто так болеть не станет.
Сердце же не какой-то там глупый нос,
146Ночь в весну
что сразу течёт,
подцепив заразу
в автобусе.
Сердцу это ни к чему.
И сердце не ухо,
за него не схватишься и его не покрутишь.
А ведь болит.
Это и есть следы любви.
Раз есть следы, есть и хозяин этих следов.
Разве не так?
– Какой ты всё-таки дремучий.
Если хочешь знать,
не только любви нет,
но и всех этих упрямых плакс:
ни Тахира и Зухры,
ни Тристана и Изольды,
ни Лейли и Меджнуна,
ни Ромео и Джульетты.
Нет и не было!
Их придумали придворные поэты,
чтобы нищие меньше думали о еде…
– Какой ветер!
Кажется, дождь начинается.
– Люблю дождь.
– А я ненавижу.
Смотри, льёт как из ведра.
147Скалолазы
– Ах, боже ты мой… как из ведра,
а Айя вышла в лёгком платье.
– Ну и что с того? Не из сахара – не растает.
– И это говоришь ты, мой лучший друг?
– Что за паника, постеснялся бы!
Ты ведь не баба.
– Какой же ты всё-таки старый пень.
Где мой зонт,
где этот проклятый зонт,
которого никак не отыщешь в дождь?!
– А кто только что мне втирал,
что нет любви?
– Какая к чёрту любовь?
Она же насквозь промокнет!
И простудится! –
пулей вылетел на улицу,
побежал с плащом в руке.
А навстречу,
на высоких каблуках,
неуклюже бежала Она,
вся мокрая,
в коротеньком,
прилипшем к телу платье,
с потёкшей тушью
улыбаясь на всю улицу
ясным солнышком.
СОДЕРЖАНИЕ
Вечный день
6 «Родители мои, как все балкарцы…»
8 «Лишь в будущем и настоящем…»
10 ПОТЕРИ И ОБРЕТЕНИЯ
11 «Дождь оставил…»
12 ВЕТЕР
13 ДЕРЕВО НАД КРУЧЕЙ
14 ВСТРЕЧА
15 ЗАВИСТЬ
16 БАБОЧКА
18 «Пока ждём…»
19 ОТРАЖЕНИЕ
20 СКАЛОЛАЗ
21 ПЕРЕД РАССВЕТОМ
22 «Дождь проходит…»
24 УШЕДШИЙ В НЕБО
26 «Похожестьявственнейвразлуке…»
Солнце и жажда
28 «В эту лунную ночь…»
30 «Ожидая тебя, я устал…»
32 ОДИНОКИЙ ВОЛК
34 ТЫ ОБНАЖЁННЕЙ
СТРУЙ РОДНИКОВЫХ
Переводы Георгия Яропольского
Ветер и дождь
38 «Почему-то хочу…»
39 «Всё от мира чего-то хотим…»
40 «До своего камня рукой подать…»
42 «По усталым дорогам…»
43 SOS. XXI в.
44 «Зима…»
46 «Ветер только и видишь…»
48 «по птицам скучает…»
50 «Человек…»
52 ЗЕРКАЛО
53 ЗЕРКАЛО II
54 СВЯТОЙ
56 ЧТО ТАМ?
58 ЗЕМЛЯ ТЕБЯ ЖДЕТ
60 «Свесив ноги…»
62 КУРСКИЙ ВОКЗАЛ. 1974
64 «Когда в нашем дворе…»
66 «Всю эту ночь…»
68 «Камень хотел бы…»
69 «Над городом дождь…»
70 «На дороге подсыхает лужа…»
71 «Время перемалывает…»
72 «Просыпаемся мы…»
73 ДЕРЕВО И ДРОВОСЕК
74 ОТМЩЕНИЕ
76 СОЛНЦЕ
78 СЛЕЗА
Переводы Алексея Прокопьева
79 «И у ветра есть своя работа…»
80 ПАУТИНА
81 «Чем была раньше звезда…»
82 «Значит, за то, что…»
83 «Море когда-то было…»
84 ТОРГОВЕЦ ВРЕМЕНЕМ
88 ТЕНЬ
90 «Всё движется по кругу…»
92 «Дождь на улице, ветер…»
94 ТАВРО
96 «Посеял я детский смех…»
97 «Чья улыбка ты…»
98 «Усталый ветер шёл в пыли…»
100 «Я видел мощное дерево…»
102 УШБА
103 «Устала река течь…»
104 «Плакала девочка…»
106 «в засуху моих слов…»
108 «Тихо мурлычет…»
110 «Это зеркало в туалете…»
112 ЦВЕТЫ
114 ОДА МОЕЙ КОШКЕ
116 ОДИНОКАЯ МОГИЛА
122 РАЗВЕ ЧУЖОЕ ПРОШУ?
124 НАДПИСЬ НА КАМНЕ
В УНИЧТОЖЕННОМ АУЛЕ КУРМУ
126 «Сидело слово за семью замками…»
128 ПОСЛЕДНЯЯ ВОЙНА
130 БАБОЧКА НА КАМНЕ
Ночь в весну
132 ЭТО НЕ ПОЭЗИЯ…
134 «Разбежавшись…»
136 «Разломал я свирель…»
138 «Ветер за гриву схватить…»
139 «На берегу…»
140 «В весну…»
142 ПОСЛЕДНИЙ ДОЖДЬ
144 ДИАЛОГ ЗА ВОДКОЙ
УДК 821.512.142.09
ББК 84(2=632.93)
Е 528
Тираж 300 экз.
Отпечатано:
Типография ООО «Печатный двор»,
ул. Калюжного, 1, Нальчик – 360003, Россия,
e-mail: info@printcourt.ru.
Адрес редакции:
Издательство «N. Ardis» (ИП Болатов Ю.Х.),
ул. Ахохова, 92, Нальчик – 360022, Россия,
e-mail: main-editor@mail.ru

Обратно к списку

Похожие проекты